Виртуальный методический комплекс./ Авт. и сост.: Санжаревский И.И. д. полит. н., проф Политическая наука: электрорнная хрестоматия./ Сост.: Санжаревский И.И. д. полит. н., проф.

  Теория политических процессовПолитическое развитие и модернизацияПолитические конфликты и кризизы

Политические процессы

ПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ И КРИЗИСЫ

назад   Политология/ Под ред. Жукова  В.И., Краснова Б.И   вперед

Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается конец текста на соответствующей странице печатного оригинала данного издания

 

ГЛАВА XXII.

ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ

Среди многообразных по происхождению, характеру, типологии, способам разрешения конфликтов в особую группу выделяются конфликты этнополитические (межэтнические, межнациональные). Они относятся к числу наиболее сложных, запутанных, затяжных и трудноразрешимых. Как показывает история, этнополитические коллизии во многих полиэтнических странах по своим масштабам, продолжительности и интенсивности значительно превосходят иные типы социально-политических конфликтов. [c.392]

1. Сущность и основные причины этнополитических конфликтов

Этнополитический конфликт – форма межгруппового конфликта, в котором группы с противоположными интересами различаются по этническому признаку. Под этнополитическим понимается конфликт с определенным уровнем организационного политического действия, общественных движений, массовых беспорядков, сепаратистских выступлений и даже гражданской войны, в которых противостояние происходит по различиям в этнической общности.

Существует сложность в определении этнополитических конфликтов. Дело в том, что этнополитический конфликт в “чистом” виде бывает редко.

Поскольку территория бывшего СССР является полиэтнической по составу населения (что характерно и для государств возникших на этой территории), то фактически любой внутренний конфликт – социально-экономический или политический по своему содержанию – обретает этнический оттенок. С другой стороны, здесь имеется достаточно оснований для межэтнических противоречий как на личностном, так и на групповом уровнях. Поэтому этнический фактор генерирует многие из тех острых и кризисных ситуаций, которые возникают в сфере политики, межобщинных отношений, отношений между государственными и внутригосударственными образованиями.

Вот почему грань между социальными, политическими и этнополитическими конфликтами на территории распавшегося СССР достаточно зыбкая, трудно [c.392] определимая, а сами конфликты множественны по формам и разнообразны по динамике развития. Следует иметь в виду и то, что этнический фактор нередко служит камуфляжем борьбы различных политических элит.

Бывают случаи обратного политического камуфляжа, когда этническая природа конфликта подменяется иными политическими мотивами.

Таким образом термин “этнополитический конфликт” в действительности охватывает широкий круг ситуаций. Они показывают, что чисто этнического конфликта как такового практически не бывает.

В этнополитологии обычно различают и неранговые системы межэтнических отношений, хотя встречается и множество пограничных ситуаций. В неранговых, но все же строго подраздельных системах этнополитические конфликты могут возникать между группами, обладающими относительно равными долями богатства и власти, когда одна или несколько групп боятся или чувствуют, что их положение по сравнению с другой этнической группой имеет тенденцию к ухудшению. Подобный конфликт может происходить в локализованной и узкой форме без вовлечения центра политической власти. Однако большинство этнополитических конфликтов связано с ранговой или стратифицированной системой межэтнических отношений, в которой не только различные этнические группы занимают место в соответствии со шкалой власти, престижа и богатства и обычно поставлены относительно друг друга, но, что еще важнее, в которой центр политической власти и государственный аппарат более или менее контролируются господствующей или составляющей большинство этнической общностью, а подчиненная общность или общности остаются в маргинальном положении.

По устойчивости такого рода конфликтов в течение довольно длительных периодов и размаху насилия, которое может их сопровождать, различают “конфликты интересов” и “конфликты ценностей”, или “конфликты идентичности”, где первая форма конфликтов относительно легче поддается преодолению или урегулированию, нежели вторая. Этнополитические конфликты обычно принадлежат ко второму типу, в котором задачи или цели участников конфликта имеют тенденцию [c.393] быть взаимоисключающими или несовместимыми. В результате такие конфликты гораздо труднее поддаются урегулированию.

Для того, чтобы классифицировать этнические группы, участвующие в конфликте, необходимо обозначить различные виды ситуаций, при которых этнические группы взаимодействуют. Многие этнополитические конфликты в мире фактически являются следствием проблем, возникающих из изменения положения этнической группы в обществе. Вот наиболее типичные ситуации, в которых взаимодействуют этнонациональные группы.

1. Этнические группы в государстве, которое признает себя полиэтническим или многонациональным. Такие группы могут устанавливать свою тождественность на основе языка (как в Бельгии и Швейцарии), религии (сикхи, мусульмане и индусы в Индии; христиане и мусульмане в Ливане), национальности (как в Советском Союзе) или расы (Южная Африка). В этих случаях этнические группы отличающиеся от доминирующей или более многочисленной национальности, могут обладать или не обладать особым правовым статусом. Обычно они представляют меньшинство и не занимают господствующего положения.

2. Этнические группы в государстве, которое официально не признает себя полиэтническим, как, например, Франция, Япония, Индонезия, Турция, Португалия, многие африканские страны. Здесь меньшинства могут иметь региональную основу (как бретонцы или корсиканцы во Франции, шотландцы или валлийцы в Великобритании), расовую (как черные африканцы в Соединенных Штатах), религиозную (как копты в Египте или шииты в Ираке), племенную (как в Афганистане) или комбинацию ряда этих критериев.

3. Этнические меньшинства, которые идентифицируют себя с родственной этнической общностью в соседнем государстве, где она может составлять большинство населения (как венгры в Румынии, турки в Болгарии, албанцы в Югославии, чиканос в Соединенных Штатах).

4. Многочисленные этнические группы в государстве, где ни одна из них не занимает особого доминирующего положения. Такая ситуация преобладает в Африке к югу от Сахары, в некоторых странах Азии. [c.394]

5. Этнические меньшинства, которые проживают по обе стороны межгосударственной границы и имеют статус меньшинства в каждой из сопредельных стран, как в ряде регионов Юго-Восточной Азии, баски в Испании и Франции, курды на Среднем Востоке, лезгины в Азербайджане и России.

6. Этнические иммигранты и беженцы, появляющиеся в результате массовой миграции из одних стран в другие, в основном из слаборазвитых стран в индустриально развитые государства (африканцы в Англии и Франции, курды в ФРГ).

7. Автохтонные народы и племена представляют собой особый случай среди этнических групп. Обычно их относят к меньшинствам из-за исторических обстоятельств: покорения и включения в новые государственные структуры; привязанности к своей земле и территории, а также из-за векового сопротивления геноциду, этноциду и ассимиляции. Автохнотонные народы встречаются в обеих Америках, Австралии и Новой Зеландии. Кроме того, имеются многочисленные племена на юге и юго-востоке Азии, на Крайнем Севере и Дальнем Востоке.

Что касается бывшего СССР и новых государств, образовавшихся на его территории, включая Российскую Федерацию, то достаточно трудно определить – к какой из приведенных ситуаций они относятся. Скорее всего речь может идти об этнических системах асимметрического типа, которые оформлены идеологически и политически практикой так называемой “национальной государственности”. Эти идеология и практика основывается на двух главных постулатах:

а) нациями объявляются этнические общности, вернее та часть этнических групп, которая проживает в пределах республик, носящих название этой группы (они называются титульными национальностями);

б) эти этно-нации официально квалифицируются как обладатели собственной государственности (“коренные нации”), в то время как остальное население относится к категории “некоренного”, “русскоязычного” или “меньшинств”, проживающих на территории “не своей” государственности.

Этнический конфликт может выражаться во многих формах, начиная с индивидуального поведения (оно связано [c.395] с избеганием, исключением и враждой и сопровождается созданием стереотипов, возникновением предрассудков, нетерпимости и дискриминации на уровне межличностных отношений) и кончая общественно-политическими выступлениями, движениями за отделение вплоть до насильственных столкновений (или могут выливаться в мятежи, резню, геноцид, восстания, бунты, революции, терроризм, гражданские войны, войны за национальное освобождение и межгосударственные войны).

Существует несколько теорий, объясняющих причины этнополитических конфликтов на основе изучения опыта, накопленного в разных регионах мира. Различаясь по масштабам, социальному значению, происхождению, “возрасту”, напряженности, этнополитические конфликты имеют одну “конечную природу”, способствующую этнической мобилизации. Их глубинные корни – это нарушение прав той или иной нации или этнической группы, справедливости и равноправия в межнациональных отношениях.

Согласно распространенному подходу считается, что социально-экономические кризисы провоцируют межэтническую напряженность. События, происходящие на территории бывшего СССР, показывают, что ухудшение социально-экономической ситуации, действительно может способствовать развитию межэтнических конфликтов. С точки зрения детерминации этнополитического конфликта социально-экономическими факторами следует рассматривать концепцию неравномерного развития, неравномерной модернизации “ядра” и этнонациональной “периферии” в многонациональном, полиэтническом государстве. В этой связи этнополитический конфликт может быть результатом объективной обделенности этнических периферийных групп или навязывания менее развитым районам страны образцов более развитого центра. Таким образом значительное экономическое неравенство между различными этническими группами, осознаваемое как коллективное этнонациональное угнетение, становится причиной формирования и проявления этнонациональной солидарности.

Однако следует иметь в виду, что связи между социально-экономическим положением и этнополитическим конфликтом носят гораздо более сложный характер, нежели представляется на первый взгляд. Они могут быть [c.396] прямыми и опосредованными, более или менее сильными и слабыми, закономерными и случайными, однонаправленными и взаимными.

С точки зрения социологического подхода объяснение причин конфликтов базируется на анализе этнических параметров основных социальных группировок (классы, социально-профессиональные группы и т.д.). В данном случае речь идет о такой этносоциальной стратификации, когда представители одной этнической группы занимают верхние ярусы социально-классовой пирамиды. Тем самым они создают привилегированное себе положение, в ущерб другим группам, подвергающимся дискриминации по этническому или расовому признаку. Этот феномен вполне правомерно рассматривается как источник и побудительный мотив для межэтнической напряженности и открытых конфликтов во многих регионах мира.

Что касается бывших союзных республик СССР, ныне суверенных государств, то здесь принцип распределения социальных ролей в общей иерархической структуре имел весьма своеобразную картину. За годы советской власти в союзных республиках (в том числе и в российских автономиях) сложились многочисленные и образованные этнические элиты титульных национальностей.

Однако с ростом численности кадров национальной интеллигенции и усилением конкуренции в сфере умственного (преимущественно управленческого) труда стала нарастать напряженность между лицами коренной и некоренной национальности. Политика “коренизации” органов власти и управления (и вообще престижных профессий), длительное время сохранявшаяся во всех республиках, в конце концов вошла в противоречие с принципом социальной справедливости. Вместо открытого соревновательного выбора в условиях равноправия всех перед законом кадры подбирались по этническому признаку. В результате к началу 90-х годов во всех союзных республиках доля лиц коренных национальностей, занявших разного рода привилегированные социальные ниши, значительно превосходила их долю в составе населения данной республики. Такое положение создавало потенциальную почву для национальной кичливости и чванства у титульных национальностей и порождало чувство обделенности и обиды у нетитульных. После распада СССР [c.397] процесс вытеснения иноязычных граждан из властных структур в странах СНГ и Балтики заметно усилился. Именно это является одной из доминирующих причин межнациональной напряженности и оттока русскоязычного населения из этих государств.

Значительное место в объяснении причин этнополитических конфликтов занимает политологический подход и существующие на этой основе концепции. Одной из самых распространенных является концепция, рассматривающая взаимоотношения этнической группы и государства в качестве конфликтогенной этнополитической проблемы. В этой связи подчеркивается роль этнонационализма в мобилизации этнических чувств, межэтнической напряженности и эскалации ее до уровня открытого конфликта. В политологических концепциях этнонационализм определяется как идеологическое течение, направленное на достижение и сохранение автономии, единства и самобытности социальной группы, которая самоосознает себя как этническая общность. Этнонационализм является как идеологией, так и политическим движением этнического меньшинства. Она преследует три основные цели:

– обеспечение автономии и самоуправления;
– право на территорию;
– признание статуса своей культуры как равного с общегосударственной.

Основное политическое содержание этнонационализма – это стремление к созданию собственной государственности.

Межнациональные конфликты (и даже войны) связанные с государственным устройством, то есть конфликты правительства с оппозицией, требующей автономии для отдельной этнической общности или региона в современной истории происходят довольно часто. Например, конфликт Северная Ирландия – Англия, тамило-сингальский конфликт и др.

Этнополитические мотивы преобладают в происходящих на территории бывшего СССР конфликтах: карабахском, грузино-абхазском, осетино-ингушском, в Молдове, странах Балтии и других. В их основе ущемление политических и гражданских прав лиц нетитульной национальности, обострение проблем национального [c.398] суверенитета, национально-государственного устройства и другие причины политического характера.

В возникновении и разрастании межэтнических конфликтов велика роль социально-психологических причин, господствующих в массовом сознании стереотипов, настроений, предрассудков. События последних лет в СССР и СНГ показывают, что фактор поведенческой психологии, социально-психологические механизмы этнических конфликтов играют гораздо более важную роль, чем это представлялось в рамках традиционных интерпретаций.

Глубокий экономический кризис, охвативший страны СНГ и Балтии, сопровождается социально-политическим кризисом и обострением межнациональных отношений, возникновением этнополитических конфликтов. “Виновниками”, “козлами отпущения”, как правило, оказываются представители не “своей” национальности, из-за которых якобы возникли все беды, и которые “мешают” титульному населению самоутвердиться, жить обеспеченно и самобытно. Так, в Грузии говорят, что во всем виноваты абхазы, осетины, русские, в Азербайджане – армяне, в Прибалтике и Молдове – русские.

Реакцией на состояние фрустрации является, как правило, агрессия, направленная против объекта, ставшего ее источником. Этим объектом оказываются национальные меньшинства или граждане нетитульной национальности. В данном случае вступает в действие вариант с так называемым “козлом отпущения”, на которого переносится агрессия.

В возникновении этнополитических конфликтов провоцирующую роль могут сыграть гипертрофированная тревога за судьбу этноса, его языка, культуры, традиций, болезненная реакция по поводу всего, что касается самочувствия “своей” нации. Имеется достаточно свидетельств того, что группы с приниженным статусом и дискриминационные в господствующих структурах часто боятся за само свое существование, даже если демографические, политические и культурные условия их существования на самом деле не столь экстремальны. Эта реакция обеспокоенности проистекает из-за распространения гипертрофированного чувства опасности и порождает крайние действия в ответ на довольно умеренные угрозы. [c.399]

Сопоставления в международном плане ситуаций, в которых возникают этнополитические конфликты, указывают на преобладание повторяющихся проблем, способствующих этнической мобилизации и лежащих в основе многих межэтнических конфликтов. Эти проблемы связаны с распределением ресурсов и власти между этническими группами, с вопросом земли и территории (родные места, колонизация, поселения, иммиграция и т.д.), с языком, религией, культурной самобытностью, а также с дискриминацией, основанной на признаках расы или цвета кожи.

Если иметь в виду и многочисленные конфликты, происходящие на территории бывшего СССР, то можно этнополитические конфликты свести к нескольким основным типам.

Разумеется, в чистом виде трудно вычленить каждый из этих типов конфликтов. Нередко имеет место наслоение одних конфликтных ситуаций на другие. Характерен в этом отношении карабахский конфликт. Он стал результатом целого комплекса этнических, территориальных, политических, экономических и в известной мере религиозных противоречий. К примеру, боснийский конфликт включает в себя этнические, территориальные, геополитические, религиозные аспекты. [c.401]

2. Динамика этнополитических конфликтов

Для наличия любого конфликта, в том числе и этнополитического, нужна конфликтная ситуация. Речь идет об объективном сочетании разных обстоятельств, которые предшествуют конфликту и обусловливают обычно несовместимые требования потенциальных участников конфликта. Одни и те же, но с противоположным знаком требования или притязания, или возможности открываются для двух сторон, причем удовлетворение интересов одной стороны препятствует удовлетворению другой. Это положение можно проиллюстрировать на многих примерах, скажем, на ситуации в Нагорном Карабахе, Абхазии, Приднестровье и др.

Конфликтная ситуация может существовать задолго до того, как произойдет прямое столкновение участников, начатое по инициативе одного из них. Чтобы конфликт начал развиваться, необходим инцидент, повод, то есть такое внешнее обстоятельство, которое является пусковым механизмом, толчком, детонатором, порождающим развитие событий. Начавшись с инцидента, конфликт затем разгорается, превращаясь в крупномасштабный, острый и затяжной.

Межнациональные конфликты имеют собственную динамику. Наиболее характерные ее моменты заключаются в следующем. [c.401]

Во-первых, постепенное усиление конфликта за счет введения все более активных сил, а также за счет накопления опыта борьбы. Так, карабахский конфликт начался с митингов и мирных требований армянского населения об изменении статуса Нагорного Карабаха. В поддержку этих требований стали проводиться митинги и демонстрации в Ереване и других городах Армении. Резкая эскалация армяно-азербайджанского конфликта наступила после трагедии Сумгаита.

Во-вторых, увеличение количества проблемных ситуаций и углубление первичной проблемной ситуации. Это характерно для всех этнополитических конфликтов. По мере развития конфликта происходит выискивание все новых претензий, обвинений, первичная проблемная ситуация обрастает все новыми аргументами и фактами. Наиболее характерным в этом смысле является конфликт вокруг Приднестровья. Первоначальные требования сводились к автономии в рамках Молдовы. Однако высшие органы власти Молдовы отвергли такую возможность. Конфликт продолжал разрастаться. И приднестровцы стали ставить вопрос об отделении от Молдовы и государственной самостоятельности.

В-третьих, повышение конфликтной активности участников, изменение характера конфликта в сторону его ужесточения, вовлечения в конфликт новых лиц. На примере этнополитических конфликтов в Нагорном Карабахе, Грузии, Боснии и других, видно, как усиливается конфронтация, конфликт из относительно “спокойного” переходит в вооруженное столкновение, растет число убитых и раненых, в конфликт вовлекается практически все население с одной и с другой стороны.

В-четвертых, нарастание эмоциональной напряженности, сопровождающей конфликтные взаимодействия, которая может оказать как мобилизующее, так и дезорганизующее влияние на поведение участников конфликта. Чаще эмоции не соединяют, а разъединяют. В межнациональном конфликте по мере его развития возрастает чувство антипатии или враждебности. Поводы и случаи для этого всегда находятся. Так, погромы и убийства невинных людей армянской национальности в Сумгаите, а затем в Баку в 1990 году усилили вражду между армянами и азербайджанцами. После вооруженного [c.402] нападения со стороны Молдовы на Бендеры, увеличилась пропасть между молдаванами и русскоязычными жителями Приднестровья.

В-пятых, для межнационального конфликта характерно формирование устойчивого образа “внешнего врага”, когда компромисс воспринимается только как капитуляция противника, когда проявляется стремление каждой из сторон-участниц противоборства “одержать победу”. Показательным в этом отношении является Нагорный Карабах, где доминирует установка “до победного конца”, а поиски компромисса мирных решений удаются с трудом.

В-шестых, для этнополитических конфликтов, как правило, характерна их интернационализация, то есть вовлечение в конфликт или его урегулирование третьих сил или международных организаций. Так, в грузино-абхазском конфликте на стороне Абхазии участвовали добровольцы Конфедерации народов Кавказа. В разрешении боснийского конфликта активно участвуют ООН, СБСЕ, НАТО и другие международные и региональные организации.

На развитие этнополитческого конфликта, несомненно, оказывает влияние религиозный фактор. В истории и жизни народов национальное и религиозное тесно переплетаются, взаимодействуют. Религия и этнонационализм поддерживают, стимулируют друг друга. Религиозный фактор может повысить температуру конфликта, обострить его. Вместе с тем, практика этнонациональных конфликтов последних лет показывает, что нередко этнонациональный фактор оказывается более сильным, чем религиозный. Так, несмотря на единоверие коренных народов Средней Азии, там вспыхивали конфликты между киргизами и узбеками, таджиками и киргизами, узбеками и турками-месхетинцами.

Чтобы разобраться в существе этнополитических конфликтов, необходимо знать какие политические силы участвуют в них, кто организаторы и исполнители противоборства на этнической почве. Замечено, что не все члены этнической группы в равной мере участвуют в этнополитическом конфликте. Обычно этнические притязания предъявляются национальной элитой, еще даже до того, как рядовые члены группы станут осведомленными о них, не говоря уж о том, чтобы принять эти формулировки [c.403] как свои собственные. Элита, в свою очередь, может раскалываться на различные фракции не только по вопросам стратегии и тактики, но часто и по целям самого конфликта. Подобное происходит с басками, тамилами, курдами, ирландскими республиканцами, палестинцами и многими другими. Это же имеет место в Грузии, Северной Осетии, Молдове. Выражают ли национальные элиты основные требования и стремления народов, коих они претендуют представлять, или они навязывают свою идеологию массам, а также политическим противникам и соперникам? На этот вопрос трудно ответить, поскольку в ситуациях этнополитического конфликта – по самой его природе – вряд ли может иметь место процесс демократического принятия решений в экстремальных условиях.

Наиболее мощным средством мобилизации масс в свою поддержку становится национальная идея. Национальный фактор используется в политических целях либо стоящими у власти политическими группировками, либо их оппозиционерами, рвущимися к власти. Национальный фактор становится главным оружием для достижения политических целей. Для этого все чаще предпринимаются попытки разыграть “национальную карту”, перебросить десятилетиями копившееся недовольство людей в сферу межнациональных отношений. Деструктивные силы в угоду личным или групповым амбициям, узкокорыстным интересам эксплуатируют национальную идею, спекулируют на национальных чувствах, толкают людей к слепой ненависти, ввергают народы в пучину хаоса и страданий.

Анализ межнациональных конфликтов показывает, что непосредственными участниками массовых действий являются представители различных социальных слоев, возрастных групп, политических направлений, верующих и атеистов. Объединяющим началом всех сил становится этнический фактор.

Однако было бы неверно целиком объяснять причину конфликтов только генерирующей и организующей ролью элит. Наряду с этим необходимо выяснить сам феномен массовой мобилизации и интенсивность эмоций участников конфликтов, изначальную силу группового стремления к автономии, к жертвенности, готовности перейти к самым жестоким методам насилия. При этом [c.404] следует учитывать законы, диктуемые логикой коллективного поведения.

Характерным для поведения людей в критических ситуациях является бессознательные формы взаимодействия и коммуникации, когда индивид не обладает личным контролем над ситуацией. Одна из них – толпа.

В толпе резко повышается внушаемость людей. При этом снижается критичность восприятия информации, осознанность поведения, затрудняются оценка и контроль собственных реакций человека. Этот, столь часто встречающийся в этнополитических конфликтах феномен, когда масса рядовых граждан оказывается вовлеченной в действия, в которых не видит смысла, а тем более личного интереса, объясняется сложной логикой коллективных действий. [c.405]

3. Технологии урегулирования этнополитических конфликтов

Многоаспектный характер этнополитических конфликтов предполагает такие пути урегулирования, которые позволили бы влиять на события в разных сферах и разными средствами – от правовых до социально-психологических. Однако важнее предупредить конфликт, не дать ему разгореться, перейти из латентной формы в открытую. Что в этой связи следует иметь в виду?

1. Необходимо признать, что межнациональные проблемы имеют собственное содержание и должны решаться методами национальной политики. Поэтому сегодня особенно актуальна реализация общей концепции государственной национальной политики в Российской Федерации. Эффективная национальная политика, в полной мере должна учитывать новые реалии постсоветского периода, современные тенденции федеративных и национальных отношений.

2. Учитывая решающую роль экономики в общественной жизни в целом и в межнациональных отношениях в частности, следует использовать экономические рычаги для нормализации этнополитической ситуации. Принципиально важно не упускать из виду стратегическую цель – преодоление резких различий между регионами и республиками по уровню жизни, по условиям развития, обеспечение территориальной справедливости [c.405] (ни один регион не должен получать каких-либо неоправданных привилегий).

3. Необходимо учитывать, что этническая картина России ныне существенно расходится с национально-государственным и административно-территориальным устройством. Все республики, края, области, округа являются смешанными по этническому составу населения. Поэтому важное значение имеет создание культурной инфраструктуры консенсуса (национальные общества и центры, двуязычие, национально-культурная автономия и т.п.). Важно соблюдать принцип паритетности при выдвижении и назначении людей разных национальностей в органы власти и управления. Этнические признаки человека не должны быть основанием ни для льгот и привилегий, ни для дискриминации и притеснений. Тогда не будет конфликтов по поводу занятия должностей (по принципу этнической принадлежности), использования национальных языков, территориальных споров.

Заметное место в разработке средств и способов преодоления этнополитических конфликтов принадлежит прогнозированию. Видимо, исходить из того, что в обозримом будущем можно будет устранить конфликты на этнической почве – нереально. Поэтому предвидеть возникновение таких конфликтов – значит иметь возможность своевременно принять должные меры по предупреждению, локализации или скорейшему, с наименьшими потерями, разрешению.

Как же быть, если этнополитический конфликт не удалось предотвратить? Каким образом можно его погасить и урегулировать?

Прежде всего следует учитывать, что этнополитический конфликт легче погасить в самом начале, в зародыше, когда конфликт не приобрел широкомасштабный характер. Дело в том, что межнациональные конфликты, однажды вспыхнув, имеют тенденцию к разрастанию. Если конфликт перешел в длительную стадию, принял затяжной характер – то его разрешение становится трудным, иногда с необратимыми последствиями.

Технология урегулирования межнациональных конфликтов предполагает алгоритм деятельности в этом направлении. В ходе работы по разрешению конфликта прежде всего должны быть проанализированы источники конфликта, [c.406] биография конфликта, стороны конфликта, позиция и отношения сторон, конечное отношение к конфликту.

Согласие редко достижимо без участия посредников, которые, как правило, выполняют роль арбитража, уравнителей баланса интересов, миротворцев. В переговорном процессе могут участвовать как официальные представители сторон, так и общественные силы по методу народной дипломатии.

Совершенствование практики разрешения конфликтов дало толчок к появлению новых методов, основанных на резком изменении качественного состояния ситуации, чаще всего с использованием третьей стороны или каких-либо иных форм внешнего воздействия.

В их числе такой метод как альтернатива. Его суть в применении нестандартного, неординарного выбора из предлагаемых вариантов решения. Например: “обмен территории на мир” или экономическая, территориальная уступка в обмен на получение льгот, восстановление прав определенной этнической группы. Этот механизм, кстати, применяется в настоящее время в ходе палестино-израильских переговоров. В определенной мере он используется также при решении вопроса о воссоздании автономии советских немцев Поволжья.

Как достаточно эффективный метод урегулирования конфликта может выступать изменение статуса национально-государственного образования либо получение его этносом, ранее такого статуса не имевшего. Так, по оценкам экспертов, на начальном этапе карабахского конфликта повышение статуса Нагорно-Карабахской области до уровня автономной республики в значительной степени могло сгладить обострение, перевести ситуацию в более мягкие формы разрешения.

При обсуждении существа дела следует сосредоточиться на интересах, а не на позициях. [c.407]

Глава XXII.

Основные понятия: межнациональные, межэтнические конфликты, межгрупповой конфликт, “титульные” и “нетитульные” национальности, национальное самосознание, национализм, шовинизм. [c.407]

Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:

1. В чем причины, специфика и сложность межнациональных, межэтнических конфликтов? Назовите конфликтогенные факторы в межнациональных отношениях.

2. Назовите политические силы, разжигающие межнациональные конфликты. Кто организатор и его исполнитель противоборства на национальной почве?

3. Что вкладывается в понятия “титульная” национальность и “нетитульная” национальность? Когда эти понятия появляются и как используются в межнациональных конфликтах? Приведите конкретные примеры из истории России, государств Прибалтики, Югославии.

4. Какова роль в разжигании и разрешении межнациональных конфликтов религии?

5. Раскройте причины существующих и возможных этнополитических конфликтов в странах СНГ.

6. Была ли возможность избежать “чеченского кризиса”? Аргументируйте свои взгляды.

7. Каковы пути и формы мирного урегулирования этнополитических конфликтов?

Литература:

1. Государственная служба Российской Федерации и межнациональные отношения. М., 1995.

2. Здравомыслов А.Г. Социология конфликта. М., 1995.

3. Национальные отношения и этнические конфликты. М., 1993.

4. Национализм (взгляд из-за рубежа). М., 1995.

5. Разделит ли Россия участь Союза ССР. М., 1993.

6. Россия: социальная ситуация и межнациональные отношения в регионах. М., 1996.

7. Швейцер П. Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического лагеря. Минск, 1995.

8. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию или переговоры без поражений. М., 1990.

9. Этнос. Нация. Общество. Этнологический словарь. М., 1996. [c.408]

 

назад   оглавление   вперед