Виртуальный методический комплекс./ Авт. и сост.: Санжаревский И.И. д. полит. н., проф Политическая наука: электрорнная хрестоматия./ Сост.: Санжаревский И.И. д. полит. н., проф.

Политическая система общества Политические партии и партийные систкмыПолитические партии в России Нормы, санкции и правоотношенияПраво как институт политической системы

Политическаие институты и организации

Понятие и сущность праваГосударство: нормы праваВласть и правоприменениеВласть и толкование нормВласть и правопорядок

власть и правоприменение    

 

Михайловский И.В. 

ПРИМЕНЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКИХ НОРМ

Михайловский И.В. Очерки философии права. С.410 412

 

[...] Юридические нормы издаются с чисто практическою целью: регулировать определенные жизненные явления. И граждане, а в особенности органы власти на каждом шагу применяют юридические нормы. Отсюда понятна важность вопросов, связанных с этим применением.

Для того чтобы применить юридическую норму, необходимо: 1) установить ее текст и решить вопрос об ее обязательной силе и 2) [635] понять ее смысл. Первую операцию принято называть критикой юридических норм, а вторую толкованием. Эти две операции представляют собою в то же время предварительную стадию для научной (догматической) разработки положительного права.

Критика юридических норм. Она делится на критику высшую и низшую. Высшей критикой называется решение вопроса о подлинности юридической нормы и о ее обязательной силе, низшей поверка ее текста.

Решить вопрос о подлинности юридической нормы значит установить, что данная норма исходит от соответствующего внешнего авторитета. Решить вопрос об обязательной силе нормы значит установить: 1) что данный внешний авторитет имеет право издать критикуемую норму, 2) что она издана в надлежащем порядке и 3) что она не противоречит юридическим нормам высшего порядка. Из сказанного очевидно, что разрешение вопроса об обязательной силе нормы есть деятельность, носящая чисто юридический характер, в то время как первая стадия высшей критики, т.е. установление подлинности нормы, таким характером не отличается: установление подлинности юридической нормы и установление подлинности (т.е. принадлежности определенному автору) литературного или научного произведения относятся к одному и тому же порядку явлений.

Примеры высшей критики юридических норм. 1) Перед мировым судьей лежит обязательное постановление генерал-губернатора, за нарушение которого обыватель привлечен полицией к ответственности. Судья обязан проверить: входит ли в компетенцию генерал-губернатора издание такого обязательного постановления, не противоречит ли оно закону и было ли оно опубликовано для сведения населения. 2) Перед судьей закон, за нарушение которого гражданин привлечен к ответственности прокуратурой или полицией. Обвиняемый заявляет, что закон противоречит такой-то статье конституции. Судья обязан проверить согласие закона с конституцией. [...]

[...] Когда окончена высшая критика, применитель юридической нормы приступает к низшей критике: он проверяет подлинность текста нормы.

Здесь мы имеем чисто механическую работу: простое сличение текстов. Дело в том, что население обыкновенно знакомится с содержанием юридических норм не по первоисточникам, а по копиям с них. В копиях же могут быть ошибки, искажающие текст нормы. [636]

Вот почему представляется необходимым сличать текст копии с текстом первоисточника для исправления возможных ошибок.

Первоисточником является акт, исходящий непосредственно от соответствующего внешнего авторитета и заключающий в себе текст юридической нормы (напр, экземпляр текста закона, на котором имеется собственноручная санкция главы государства). Относительно законов текст, помещенный в официальном органе, служащем для обнародования, имеет значение авторитетно засвидетельствованной самим правительством копии первоисточника. Таким образом, в России текст, помещенный в Собрании Узаконений, заменяет собою подлинный экземпляр с собственноручной санкцией монарха. Отсюда следует, что не только частные издания законов, но и статьи, напечатанные в официальном издании Свода Законов, подлежат исправлению в порядок низшей критики, если они расходятся с текстом Собрания узаконений.

Существует мнение, что в задачу низшей критики входит также исправление опечаток и искажений текста в официальном органе, служащем для публикации законов.

Неправильность этого мнения очевидна: для того чтобы исправить опечатку, надо понять смысл закона, а этого достигнуть можно путем толкования. Низшая критика, повторяем, есть чисто механический процесс сличения текстов. При этом, конечно, исправлять текст можно только на основании текста первоисточника или заменяющей его официальной копии. Если же и там замечаются опечатки, деятельность низшей критики должна прекратиться: она не компетентна исправлять подлинные тексты юридических норм.

С первого взгляда может показаться, что тут все дело сводится к спору о словах: текст подлинника можно исправить, но такое исправление называется не критикой, а толкованием. На самом деле здесь серьезное различие. Толкование, как мы сейчас увидим, обставлено целым рядом правил, гарантирующих достижение истины в вопросе о раскрытии смысла закона, гарантирующих от произвола толкователей. Это процесс по существу отличающийся от низшей критики. И вот, если бы согласиться с оспариваемым мнением, то получился бы такой порядок: судья сличает текст Свода Законов с текстом Собрания Узаконений; ему кажется, что текст Свода правильнее, а в тексте Собрания есть опечатка, он сейчас же исправляет [637] кажущуюся неправильность, не потрудившись проделать всей сложной процедуры толкования, не уяснивши надлежащим образом смысла закона. [...]

 

Печатается по: Хропанюк В. Н. Теория государства и права. Хрестоматия. Учебное пособие. М., 1998, 944 с. (Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается начало текста на следующей  странице печатного оригинала данного издания)